Роман «Челленджер» – Ян Росс. Современная литература. Айтишники, Хайтек, Стартапы, Силиконовая долина.

Ян Росс

писатель романов руками

Tag: программист (page 1 of 2)

News

Новости

Роман «Челленджер» – Глава 23, ст. 2

Челленджер.

 Глава 23

1 2 3456

– Всё нормально, – Ариэль бросил на стол кипу уже порядком измятых листов, – не вижу значительных отклонений.
– Ясно, – я кивнул, машинально отметив, что прошло меньше часа.
– Ты разобрался, в чём дело? Есть какие-нибудь новости?
– Не… Пока нет.
– Что, никаких зацепок?
– Да нет… – я заставил остановиться теснящуюся перед глазами череду чисел. – Не то что совсем никаких, ты же понимаешь: если дело не в сенсорах, значит, в настройках. Придётся перебрать массу вариантов. Дай мне время до конца дня, там видно будет.
– Знаешь, есть идея получше. Попробуй прогнать вот это. – На стопку бумаги легла флешка. – Результаты из больницы.
– Как из больницы? – растерялся я. – С новыми датчиками? Откуда?
– Не хотел тебя отвлекать, сделал сам на прошлой неделе.
– То есть как «сам»? – продолжал недоумевать я. – А алгоритм, а параметры… Ты заказал опыт и поехал без меня? С некалиброванной аппаратурой?
– Это необработанные данные. Тим установил эквизишн, и я произвёл пару измерений в конце чужого опыта. – Он заговорщицки подмигнул. – У меня немало полезных связей, среди них – несколько врачей и анестезиологов.

Я оглянулся на Тамагочи, вернувшегося незадолго до прихода начальника и по обыкновению сразу уткнувшегося в экран. После упоминания своего имени он, казалось, напрочь забыл о намерении изображать безразличие и буквально ел Ариэля взглядом.

– Постой-постой… – спохватился я. – Всё это очень хорошо, но в буклетах указано, что мы будем демонстрировать эксперимент в реальном времени.
– Так это гораздо круче – не просто аквариум, а среда, максимально приближенная к действительности.
– Да, но фокус же в том, чтобы всё происходило у них на глазах.
– Ничего. Обработай, проверь, я раздобуду необходимые медицинские снимки и посмотрим.

Неужели они действительно стали мутить опыты за моей спиной? Я приступил к обработке и вскоре получил вполне стабильные результаты, с чёткими, ярко выраженными деталями, какие нечасто встречаются в нашей практике. Кроме того, оптимальные параметры оказались на удивление близки к применяемым для старых сенсоров. Это не вязалось с прежними наблюдениями, и я взялся за анализ выборочных точек.

Когда на покрытом сеткой уродливых трещин экране начали выстраиваться графики, голос Ариэля вернул меня к действительности. Я поспешил поделиться сомнениями, но он отмахнулся, заявив: дескать, нет причин для тревоги – характерное смещение частот в живой ткани давно известно.

– Арик, давай я лучше продолжу тюнинг.
– Не время затевать научные изыскания, – нетерпеливо отрезал он. – Можем попросить Тима пересмотреть заново и выслушать ещё одно мнение.
– Но опять же, это не режим реального времени…
– А кто виноват?! Ты два месяца хвастаешься, что всё готово, – в его тоне прорезался металл, – а теперь признаёшься, что это не так? Я дал тебе решение, скажи: «Спасибо»! Я не позволю до последней минуты ковыряться в параметрах. Презентация недоделана, оформление…
– Да презентация почти готова! Добавлю потом пару графиков. Дай мне работать, и я всё налажу.
– Значит, так: в твоём распоряжении два часа, потом ты сворачиваешься, и едем с тем, что есть. Тим, – продолжил он, – зайди ко мне в кабинет.

назад | 183 / 193 | вперёд

Роман «Челленджер» – Глава 21, ст. 9

Челленджер.

 Глава 21

78 9 1011

– Да, даже если отрезали ногу…
– С трупом рыбы! Платон, блин…
– А?
– Платон – в одной руке рыба, в другой нож… – заливаясь смехом, Майя плюхнулась на стул. – Даже если тебе отсекут руку или хвост…

Я тоже рассмеялся, стараясь при этом не упустить скользкую рыбину.

– Хорошо, Майечкина, отлично, молодец, вот именно, даже если…

Майя снова покатилась со смеху.

– Даже если я весь по уши в чешуе и капаю на пол, это никак ничего не портит, потому что идеал абстрактен и совершенен.
– Ты просто рыбой брызгаешь на меня, а так ничего не портишь…

Новый приступ хохота закончился на полу в компании злосчастной представительницы водной фауны.

– Понимаешь, – продолжил я, когда мы отдышались, и я отловил и снова вымыл хвостатую беглянку, – зачем нужно много богов? В чём фишка?

Я накрошил чеснок и разрезал лимон. С лезвия скатилось несколько капель сока, и по кухне распространился терпкий прохладный запах.

– Вот какая хрена… – я напрягся, сплющивая лимон в соковыжималке, – тень, если Творец един, крайне сложно объяснить, почему мир так несовершенен и противоречив. Ведь, если один закон, всё чётко и понятно, то с чего такая неразбериха? Вот и объясняют: о’кей, есть папа, мама, они поссорились. Ну, или чуть хитрее… А еврею такого не говорят. Ему говорят: Бог непостижим. Делай как написано и не суйся куда не следует. Не думай, тут тебе не мыльная опера. Ведь, если Бог – это мыльная опера, можно иметь предпочтения, быть против или за, и есть немало места сомнению. Кстати, Ариэль как-то выдал о Боге…
– А он у вас тоже безбожник?
– Нет, серьёзно, ты можешь представить его в храме? Бьющим поклоны?

Майя уклончиво хмыкнула. Я выжал другую половинку, вылил в стакан, туда же высыпал чеснок, добавил соли и ещё раз перемешал.

– Ну, я ему: Ариэль, мол, давай хоть Бога в наши разборки не впутывать. Платон, Аристотель… как-то так. Короче, Майя, мы в Силиконовой долине – в самом центре современной Вавилонской башни. Те, кто строят башню, заявляют – мы в Бога не верим, мы сделаем сами.
– Ага, жрецы веры Неверия.
– Почему неверия? И я, и Ариэль – адепты веры в науку. Это следующий шаг. От язычества к монотеизму, ратующему о единстве законов и абстрактном Боге, но табуирующем всё связанное с истоками этих законов. И дальше – к науке, которая говорит: погодите, вы твердите о стремлении к Господу – законам мироздания, по-нашему, вот и давайте разберёмся. – Я схватил рыбу и победоносно взмахнул. – Свободу Богу! Даёшь Бога в народ. А вы – нет-нет, тут низя там неможно, осторожно, обратите внимание, там рудракши, здесь святые коровы.

назад | 169 / 193 | вперёд

Роман «Челленджер» – Глава 17, ст. 2

Челленджер.

 Глава 17

1 2 3456

Я в комнате один, Ирис нет – у неё экзамен, Тамагочи тоже куда-то запропастился. Заглянув поинтересоваться предварительными выводами и узнав об осложнениях, Стив предлагает помочь. Мы пересматриваем проблематичные случаи, и ситуация несколько проясняется. Удаётся выявить значительную группу, где карта частот имеет характерные искажения. Складывается впечатление, что опять что-то не так с настройками, хотя я предпринял все необходимые меры по предотвращению подобных казусов.

Продолжаем работать, временами непроизвольно переглядываясь, и призрак прежнего эксперимента практически зримо витает в комнате. В какой-то момент я замечаю, что Стив сидит, обхватив голову и уставившись в пол. Тормошу его, и он, выйдя из оцепенения, тусклым, совершенно не свойственным ему голосом озвучивает давно напрашивающийся вывод:

– Неужто снова…
– Похоже на то, – обречённо отзываюсь я.
– Вот Тим-то обрадуется, – помолчав, усмехается он. – Непременно запоёт о процессах и правильном планировании.
– Да уж… Кстати, а где его носит? Отгул без уведомления – как-то не вяжется.

Вопрос повисает в воздухе. Стив снова задумывается, а я погружаюсь в пучину самотерзания.

– Знаешь, – произносит он через некоторое время, – он и вчера был какой-то странный.
– Что значит «странный»? Тим всегда странный.
– Не-не, – хмыкает Стив, – реально странный, не в его стиле. Хотя, может, я и ошибаюсь…
– Что ты имеешь в виду?

Стив отнекивается, но потом рассказывает, что перед опытом застал Тамагочи за моим ноутбуком, и при его появлении Тим поспешил покинуть операционную.

– И что тут такого? – недоумеваю я. – Там бегут и его компоненты…
– Возможно… Хотя он и потом вёл себя подозрительно. Особенно в твоём присутствии.
– Неудивительно, что ему некомфортно в моём присутствии. Учитывая предысторию…
– Вот видишь! – встрепенулся Стив.
– Что вижу? Погоди, – до меня постепенно доходит, – не считаешь же ты…
– Подумай сам. Мы всё проверили, так?
– Так.
– С теперешними настройками таких результатов быть не могло, верно?
– Верно, верно, но…
– Ты калибровочные файлы не менял, не правил? Вспомни хорошенько.
– Конечно, нет. С чего бы?!
– О’кей, получается – во время опыта значения были другие, а потом поменялись обратно? Каким образом? Сами? По собственной воле?
– Ладно-ладно… То есть ты предполагаешь, что это он?
– А кто? Ариэль?!

назад | 122 / 193 | вперёд

Роман «Челленджер» – Глава 16, ст. 5

Челленджер.

 Глава 16

1234 5 678

Ехать предстояло довольно далеко, впрочем, куда именно – я не знал. Позвонив, когда я мчался на работу, она протараторила, что ночью состоится Burning Man Decompression party, куда непременно стоит попасть, и спешно отключилась. Мне невдомёк, как должна выглядеть декомпрессионная вечеринка, но Зои была бескомпромиссна, а оставаться одному не хотелось. Кроме того, мне часто грезилось недавно пережитое, и казалось глупым отказываться от возможности встретиться с людьми, прошедшими тем же путём.

Всю дорогу Зои чатилась в фейсбуке, умудряясь при этом нестись, будто на гоночном симуляторе, агрессивно обгоняя попутные машины и всякий раз взвизгивая, узнав о том, что очередной знакомый отписался, подтверждая участие в предстоящем сабантуйчике. Я попытался завести разговор о своих похождениях на Burning Man, но каскадёрское управление автомобилем и мониторинг предвечериночного ажиотажа в Сети полностью оккупировали её внимание, и на мои разглагольствования ресурсов просто не оставалось.

По приезде она отхлебнула текилы из фляги на поясе, угостила меня и, нахлобучив перья, устремилась к импровизированному танцполу. Я прошвырнулся по территории мероприятия, повтыкал на поделки креативных неформалов, но особой приподнятости духа так и не ощутил. Место было выбрано отлично – стоило отойти от огней, и в лунном свете открывался живописный ландшафт, да и сам лагерь был обставлен искусно и колоритно и в чём-то действительно напоминал Burning Man. Но музыка была не в моём вкусе, а душевное состояние и общая атмосфера не соответствовали ни друг другу, ни моим ожиданиям. Волшебства, по которому я тосковал и втайне надеялся воссоздать, не происходило.

Я уже начинал подумывать, как бы слинять, что несколько осложнялось отсутствием машины, как вдруг из шумной ватаги вынырнул Ян – лесник из заповедника секвой, который впервые рассказал мне о Burning Man. Не видавшись с тех пор, как я перебрался в LA, и искренне обрадовавшись встрече, мы сошлись на том, что самое время сваливать. Ян предложил отправиться к нему в Санта-Круз, и я рассудил, что лучшего компаньона для завершения декомпрессии и не сыщешь.

* * *

Обменявшись впечатлениями, или, скорее, излив собственные, так как для Яна Burning Man давно стал органичной частью жизни, я приступил к тому, что часто приходило на ум в последнее время.

– Вот объясни, почему это происходит? – я приглушил музыку. – Как работает этот magic?
– Знаешь, я давно зарёкся задумываться на темы типа «отчего?» да «почему?». Я как бы наслаждаюсь самими ощущениями. Вот солнце светит – и светит. Или Индия… про индийскую магию все говорят, она общеизвестна… Как? Не знаю. И никто не знает, почему там чудеса и совпадения на каждом шагу. Непонятно. Исполнение желаний, всякие азиатские штуки – то же самое и Burning Man. Или, скажем, такая классическая история…

Он углубился в запутанный рассказ из серии восточных похождений, полный метафор и аллегорий, и сводившийся к тому, как всё неизъяснимо удивительно.

– Не, погоди, – спохватился я, когда, закончив первую историю, он плавно перешёл к следующей, – давай разберёмся.
– В чём разбираться? Это совершенно уникальная ситуация, где люди изначально приходят для того чтобы открыться друг другу всей душой. И когда встречаются существа, преисполненные чистой любви, возникает мощнейшая волна, поглощающая всех окружающих. Это – поле, создающееся духовным слиянием десятков тысяч людей. Даже если два чистых…
– Однако ж, такое не происходит на других больших пати?
– Почему? Может, и происходит, пусть не то, но нечто похожее. И вообще, Burning Man – это не пати. Там отсутствует элемент вечеринки. А на обычной пати очень просто попасться в ловушку вечериночности.
– О, вот, что это? Опиши мне.
– Burning Man – это не вечеринка.
– А что такое ловушка вечериночности? Попасться куда?
– На пати масса лишних раздражителей: алкоголь, музыка, танцы… Люди забывают, что достаточно просто открыться. Попадают на вечеринку и думают, что надо непременно выёживаться. Но, на самом деле, все хотят одного и того же – счастья и любви. Остальное побочно: музыка, выпивка – это ерунда. А любовь исконна и всегда присутствует в душе человека.

назад | 117 / 193 | вперёд

Роман «Челленджер» – Глава 16, ст. 4

Челленджер.

 Глава 16

123 4 5678

Тем временем подходил срок сдачи проекта, да и сама работа во многом завершена. На прошлой неделе мы окончательно определились с датой эксперимента в больнице. На этот раз предполагалось обойтись без приключений, всё штатно: опыт на свинье, без человеческих трупов и без переписывания кода за час до отлёта.

В преддверии ответственного события я пожертвовал последней отдушиной и остался в пятницу на работе. Впрочем, и дома, и в офисе я и так трудился целыми днями, а зачастую и ночами.

Вечерело. Все разошлись, и лишь Ариэль, как двести девяносто девятый спартанец, бьётся с превосходящими силами противника. С телефонной трубкой, словно партизан со связкой гранат, бросающийся под гусеницы фашистского танка… впрочем, я увлёкся, спартанцы с фашистами – это художественный перебор. Как бы то ни было, из кабинета доносятся сдавленные взрыки, чувствуется, что борьба идёт не на жизнь, а на смерть. Но вот отзвучал последний яростный рёв и, шваркнув трубку, Ариэль распахивает дверь, чуть не срывая её с петель.

Начальник ошалело осматривается и, не обнаружив более достойного объекта для приложения организационно-созидательного порыва, бросается ко мне, занятому упаковкой аппаратуры в лаборатории.

– Ну? Что? Как оно?

Протараторив дежурную форму приветствия, он выдёргивает из горы приборов первый попавшийся и с ушераздирающим треском заворачивает его в несколько слоёв пузырчатого полиэтилена, который так любят щёлкать барышни определённого склада ума. Потом хватает изоленту и, с пронзительным скрипом обмотав всё это дело, принимается остервенело пихать в коробку.

Однако ёмкость заметно уступает в размерах предполагаемому содержимому, что нисколько не смущает шефа, не привыкшего пасовать пред лицом обстоятельств. В таком ключе и примерно с таким же успехом мы некоторое время пытаемся работать в паре, пока он не успокаивается, и мне не удаётся выпроводить его, заверив, что осталось не так уж много, и я прекрасно управлюсь сам.

– Только учти: наше будущее в твоих руках, – взмолился Ариэль, завершая свои ЦУ, – прошу тебя…
– Не беспокойся, – я с трудом сдерживаю улыбку. – Иди отдохни, ты тоже немаловажный элемент нашего успеха, почти как генератор-приёмник.

* * *

Вернувшись в мотель, я стал дожидаться назначенного часа. Настояв на том, что поведёт сама, Зои обещалась забрать меня в начале двенадцатого. В сущности, я вообще не хотел никуда ехать и с гораздо большим удовольствием скоротал бы ночь, забывшись в её ненасытных объятиях. Зои была требовательна и неутомима. После наших любовных схваток у меня побаливал лобок от её неистовых телодвижений, а пальцы ещё долго хранили чуть терпкий, одурманивающий запах. Касаясь её гибкого, стройного тела, я забывал обо всём, и потом, истощённый до донышка, ненадолго обретал внутренний покой, которого так не хватало в непрерывной череде офисных катаклизмов и моей общей бесприютности.

Успев задремать, я был разбужен гудками и вспышками дальнего света, озарявшего комнату сквозь размалёванные гостиничные занавески. Я выбрался из своей берлоги, протирая заспанные глаза. Зои выглядела настоящей амазонкой с замысловатой конструкцией из перьев на голове и вся разукрашенная вызывающими узорами, на фоне матово-миндальной кожи смотревшимися запредельно эротично.

Сонливость моментально улетучилась, захотелось всё похерить и немедленно затащить её в постель. Очевидно, предвидя такой поворот событий, она заранее наотрез отказалась зайти. Амазонка скептически оглядела меня, мотнула пёстрой гривой, звонко поцеловала в ухо и швырнула перья на заднее сиденье.

назад | 116 / 193 | вперёд

Роман «Челленджер» – Глава 10, ст. 2

Челленджер.

 Глава 10

1 2 3456

Однако ожидания руководства не оправдываются. Когда он заканчивает, я легко соглашаюсь, прикинув, что Тамагочи может оказаться полезен. На первых порах он хотя бы отвлечёт Ариэля составлением своих излюбленных документов, а там, глядишь, и вовсе потопит его в бумажном море.

Выйдя из офиса, перегибаюсь через перила открытой галереи и застаю коллег за ежедневным ритуалом. Почему-то решение, когда обедать, принималось внутри, а где именно – снаружи. Договорившись, сотрудники расходились буквально на минутку что-то доделать и собирались спустя полчаса. Потом дружно топали к лифту, ехали вниз, брели через холл и, встав в дверях главного входа, где мешали всем входящим и выходящим, пускались в прения, куда податься.

Офис находится на втором ярусе пятиэтажного здания. Наверху располагается несколько модельных агентств, фотостудия и школа манекенщиц. В лифте мы регулярно имеем удовольствие лицезреть претенденток, штурмующих подиум красоты и славы. Их лица предельно сосредоточены, взгляд холоден и устремлён мимо и сквозь. Видимо, в сверкающее будущее мирового гламура. Первый этаж занимают модные рестораны и бары, куда мы, по негласному соглашению, никогда не ходим. Там стильные девочки с отсутствующим видом кушают суши и играет обезжиренная электронная музыка.

Внутри тоже не скучно – за стеной студия звукозаписи, и время от времени на нас обрушиваются цунами, низвергаются водопады, и далёкие раскаты грома извещают о надвигающемся шторме. Тигриное рычание перекликается с рублеными фразами и вспышками гнева, доносящимися из кабинета Ариэля. За другой такой же перегородкой наша секретарша (то есть административный директор) без устали тарахтит по телефону. Даже в отсутствие звукозаписи стереоэффект, создаваемый Кимберли и Ариэлем, конкретно сносит крышу. Всё это, помноженное на тесноту, которою я усугубил притащенной из лаборатории аппаратурой, довершает рельефную картину наших трудовых будней.

Тем временем в студии начинается озвучка военного фильма, и мы попадаем под шквальный огонь. Морская пехота скрежещет зубами, буквально в паре метров рвутся гранаты, и после основательной артподготовки боевые вертолёты заходят на штурм. Но осадное положение не смущает бесстрашную Кимберли, она невозмутимо разъясняет, оправдывается, настаивает, уточняет и, невзирая на предсмертные стоны тяжелораненых, добивается своего. Как-то нашим соседям подкинули то ли порно, то ли жёсткую эротику. Признаться, я оказался не готов к работе в таких условиях. Опять же, напротив сидела Ирис.

Положение спас Ариэль. Спустя полчаса стонов, всхлипов, причмокиваний и завываний он, весь красный как варёный омар, выскочил из кабинета и бросился к эпицентру разврата. Хардкор мгновенно прекратился, зато разъярённые вопли слышались ещё довольно долго.

* * *

Тягуче, словно вязкая смола, тянулась первая безвылазная неделя в Долине: проза затяжных рабочих дней, канувших в чёрную дыру офисного пространства, и вечерние поездки во Фриско с неизменными бытовыми неурядицами, связанными с ночёвками в гостях. Стремясь свести к минимуму последние и наверстать упущенное, в смысле, проигранное Ариэлю в баталиях за сроки, время, я всё чаще засиживался допоздна.

Шеф дёргал меня значительно реже. Отобрав эквизишн, он переключился на Тима. Первым делом они, естественно, затеяли составление грандиозного плана, поглотившее их обоих и практически нейтрализовавшее Ариэля, чей неусыпный учёт и контроль уже давно вышел за все рамки приличия. Единственным новым бытовым неудобством стал сам Тамагочи. Если раньше он тихо сидел, забившись в своём углу, то теперь, шныряя к Ариэлю, ему приходилось продираться через узкий проход между стеной и моим стулом. Смотрелось это довольно комично, и мне всякий раз с трудом удавалось сдержать улыбку.

назад | 63 / 193 | вперёд

Роман «Челленджер» – Глава 7, ст. 6

Челленджер.

 Глава 7

12345 6 

Оставив эти размышлизмы, я набросал эскиз первой части. Дальше пошло сложнее, пока было не вполне понятно, что именно от меня требуется. Новую функциональность мы действительно собирались обсудить, но так и не успели, и поэтому я высказался обтекаемо.

Впрочем, несмотря на отсутствие деталей, было ясно, что во второй части мы входим в зону неизвестности. Поди знай, способно ли наше оборудование предоставить удовлетворительные исходные данные. Более того, вполне может выясниться, что задача в принципе невыполнима в рамках сегодняшних технологий, как с точки зрения ультразвука, так и с точки зрения алгоритмики. Но так или иначе ответственность ложится на меня. Мои профессиональные качества подвергаются испытанию, и на периферии сознания свербила подлая мыслишка, что на сей раз, может статься, мои знания и навыки окажутся недостаточными.

В связи с этим особенно тревожили сроки, не поддающиеся даже приблизительной оценке. Любое инновационное исследование сопряжено с долей риска, и одним из возможных выводов мог оказаться тот факт, что проект неосуществим в указанное время. Подписываться в такой ситуации под сроками, которые Ариэль изначально уконтрапупил до минимума, – самоубийственная затея, и в понедельник необходимо обстоятельно обсудить этот вопрос.

Перечитав и внеся мелкие правки, не стал отсылать, решив дождаться воскресного вечера. Пусть сложится впечатление, что я все выходные трудился не покладая рук.

* * *

– Сегодня тебе нравится Ира, а через месяц кто? Катя? Маша? Наташа? Ты же сам понятия не имеешь, что с тобой будет завтра.
– Ир, зачем ты так?..

Вот во что превращается очередная попытка завести разговор о переезде в Сан-Франциско.

– Это что, сцена ревности?
– Илья…
– Нет, Ира, вот зачем ты это говоришь? – я чувствую, что начинаю злиться. – Я, вроде, не давал повода. Или ты про кассиршу? Так я же не сделал и полшага ей навстречу. Или тебе кажется, что за твоей спиной я бы поступил иначе?
– Нет, я не про кассиршу. И нет, мне не кажется, что сегодня ты бы поступил иначе.
– Так в чём же дело?
– В том, что я мать. У меня есть ребёнок. Я обязана думать о будущем. О его будущем в первую очередь.

«Я мать», – это нечестно. Это ультимативный аргумент в любой ситуации. А ещё угадывается недосказанное окончание фразы: «я мать, а ты оболтус и шалопай».

– Да, ты мать, – говорю, сделав несколько глубоких вдохов, как советует мой друг Шурик, употребляя новомодный термин anger management12. – Этот факт не укрылся от моего внимания. И… я прекрасно нахожу с твоим сыном общий язык. Ты сама не раз об этом говорила, ведь так?
– Так… – отрешённо кивает Ира.

Я жду продолжения, но она смотрит в сторону. Я узнаю этот взгляд, этот тон и эту позу. Разговор окончен. Она замкнулась и больше не слушает.


12 Anger management – комплекс методик управления гневом.

назад | 44 / 193 | вперёд

Роман «Челленджер» – Глава 6, ст. 4

Челленджер.

 Глава 6

123 4 567

– Давненько его таким не видела, – призналась Ирис. – Поздравляю.
– Мне просто повезло, – отозвался я с наигранной небрежностью.
– А как вообще у тебя с ним?
– С переменным успехом. Он мне каждый день устраивает… – я запнулся, подыскивая слово, – беседы. Вчера, к примеру, втирал об «обоюдном согласии».

Уловив заинтересованное выражение, я продолжил.

– Ты разве не в курсе, как выглядит обоюдное согласие в исполнении Ариэля? Он говорит – надо так и эдак. Я возражаю. Он настаивает, что иначе никак. Я нехотя произношу «ладно». И вот, пожалуйста, – обоюдное согласие состоялось.

Ирис рассмеялась, и я принялся рассказывать о неразрешимой дилемме времени прибытия на работу. Но торчать на солнце было жарковато, и нам пришлось прерваться. Она вернулась в здание, а я отправился обедать и заодно разведать окрестности. Когда-то я учился неподалёку и нередко гостил у знакомых, живших в частных домиках американской мечты с газончиком перед крыльцом, мощёной дорожкой, стоянкой у ворот гаража и непременным бассейном на заднем дворе, где осенью плавают опавшие листья и никто никогда не купается.

Спальные районы утыканы этими однотипными мечтами, расставленными вдоль улиц, дробящих окраины на прямоугольные секции. В деловой части города всё иначе. Реставрированные дома перемежаются постройками современного стиля с зеркальными окнами. Большинство зданий невысокие, в несколько этажей, и далеко отстоят друг от друга, создавая ощущение лёгкости и простора. Мерно клацая, проплывает белый трамвай. По краям широких тротуаров – деревья, их кроны смыкаются над проезжей частью. Облицовочный камень подходит вплотную к стволам, и кажется, что деревья воткнуты в гранит.

К вечеру я осознал, что уже ничего толком не помню о дизайне цифровых фильтров. Неуверенность в себе усугубляли покрывшие добрую часть стола графики – свидетельства неудачных экспериментов. Я погрузился в интернет и вынырнул, когда времени оставалось совсем впритык. С досадой скомкал распечатки, вызвал такси, включил сигнализацию и стал запирать дверь.

– Стой! Илья! – послышалось издалека. – Погоди, не закрывай.

Я различил гулкий топот, а потом и взбегающего по лестнице Ариэля.

– Хорошо, что застал, – выпалил он, труся навстречу с неподражаемым гиппопотамьим изяществом и шумно отдуваясь. – Забыл ключи внутри.
– Мне пора, – я невольно улыбнулся, распахивая перед ним дверь. – До завтра, Арик.

И тут же машинально отметил это «Арик», вырвавшееся случайно и давшееся так естественно.

* * *

назад | 35 / 193 | вперёд

Роман «Челленджер» – Глава 6, ст. 2

Челленджер.

 Глава 6

1 2 34567

Внезапное вторжение вывело меня из замешательства.

– Ты как? Всё нормально? – опомнившись, напористо проговорил шеф, явно подразумевая нечто большее, нежели мои личные дела.
– Всё…
– Идём, – он развернулся и вышел.

Ирис ободряюще кивнула.

– Илья, что мы будем делать?
– Простите, о чём, собственно, речь? – тактично осведомился я.
– Мы договорились. Причём заметь, я тебе ничего не навязывал. Обсудили и приняли решение по обоюдному согласию. Признаюсь, я разочарован. – Ариэль выдержал многозначительную паузу. – Это дело принципа. Соблюдение взаимных договорённостей – основа здоровых рабочих отношений. В четверг мы…
– Но я же пришёл в десять! – выпалил я. – На час раньше, как вы и…
– Не в десять, а в начале одиннадцатого. Я специально ждал – тебя не было.

Я хотел ответить, но чувствовалось, что шеф ещё только подбирается к пику своего монолога.

– Возможно, тебе кажется, что точное время прибытия не так уж важно? – бушевал Ариэль. – Ошибаешься! Напротив, оно архиважно! В этом отражается всё твоё отношение к работе!

Ариэль взглянул на меня. Я молчал.

– А как иначе?! – возмутился он. – С этого начинается рабочий день. Это базис. Основа. То, что ты проецируешь…

Шеф говорил. Говорил жарко и напористо, демонстрируя незаурядное красноречие и широкий спектр ораторских приёмов.

– Ариэль, в принципе, я полностью согласен, – осторожно вымолвил я, дождавшись конца. – Но в данном конкретном случае не в силах что-либо изменить. Есть расписание рейсов…

Зазвонил телефон. Шеф сорвал трубку и сделал предупредительный жест.

– Важный разговор, – прикрыв микрофон, он кивнул на дверь.

Скоропостижно вышвырнутый из кабинета, я потоптался в коридоре и решил спуститься покурить и развеяться. Снял ключ с дощечки напротив комнаты Кимберли и инстинктивно взглянул в её сторону. Она игриво пошевелила пальчиками и произнесла одними губами «ха-ай!».

Покурив, поднялся наверх, зашёл в туалет и вернулся в офис. Когда вешал ключ, дверь за моей спиной распахнулась. Я обернулся и прямо перед собой обнаружил Кимберли со всеми выпирающими округлостями.

– Эй, а что ты так долго делал в туалете? – с обезоруживающей непосредственностью выдала она.
– Вам нечем заняться? – процедил я.
– Ты чего? – Кимберли нелепо захихикала.

назад | 33 / 193 | вперёд

Older posts