Роман «Челленджер» – Ян Росс. Современная литература. Айтишники, Хайтек, Стартапы, Силиконовая долина.

Ян Росс

писатель романов руками

Tag: сроки

Роман «Челленджер» – Глава 18, ст. 8

Челленджер.

 Глава 18

1234567 8

Я вышел пройтись, отгоняя мысли об ультиматуме. Рефлексировать было не время. Вернусь домой, накурюсь и обдумаю всё на трезвую голову.

– Погоди! Хочу сперва почувствовать своими руками, – засуетился Ариэль, едва я открыл презентацию. – Наверняка ведь есть какая-нибудь демоверсия?

Да что ж такое! Демо, конечно, имелось, но что он там поймёт, не выслушав объяснений. Разве только кнопками пощёлкает… Я запустил демо, и Ариэль принялся самозабвенно тыкать в виртуальные клавиши.

– Ну? Как результаты? – не оборачиваясь, бросил он через пару минут. – Как эта штука вообще работает?
– Нормально, отлично работает. Может, вернёмся к презентации? Покажу тебе статистику, графики, сравнительный анализ – закачаешься.

Ариэль продолжал с нездоровым азартом клацать куда попало.

– Постой-постой… А это что такое? – замерев, проговорил он изменившимся голосом. – Кнопка Start – синяя? Как это? Почему?
– В каком смысле?
– В прямом – почему она синяя?
– Ну… потому что я окрасил её в синий, а отчего, собственно…
– И, по-твоему, это приемлемо?
– Приемлемо? А что, разве нет?

Арик сердито отвернулся и застыл в таком положении.

– Ариэль, в чём проблема? Кнопка не может быть синей? Да и какое это имеет значение? Не хочешь синюю, сделаем её какой угодно, хоть серо-буро-малиновой, если тебе так нравится.
– Как какое?! – вспылил Ариэль. – Ты разве не понимаешь? Кнопка Start должна быть красной! Неужто это так сложно?
– Ариэль, может, хватит? Может, делом займёмся? Красной так красной.

Теперь уже отвернулся я.

– Нет, ты послушай! Дело не в том, нравится мне или не нравится, а в том, что правильно, а что нет. Ты несколько недель рассказываешь сказки о том, как всё закончил, и вот мы встречаемся и оказывается, что ты даже кнопку не можешь сделать по-человечески! Элементарную кнопку! Как же так?! Одумайся, что ты творишь?! Кнопка Start должна выделяться, верно? Сразу бросаться в глаза! Так или нет? – Ариэль оседлал любимого конька. – Это не просто кнопка, а кнопка Start! Ключевая кнопка! Кнопка, которая…

По идее, в оформлении медицинской аппаратуры не принято без веского повода использовать красный цвет, но какое это имело теперь значение… Перед внутренним взором в сочных подробностях предстала панорама дискуссии о расцветке кнопки Start. От этого зрелища стремительно темнело в глазах. Я попробовал подавить волну ненависти, но было поздно.

– Ариэль, ты совсем очумел?! – я не заметил, как оказался на ногах. – Пожалуй, если бы ты поменьше компостировал мозг своими маразматическими претензиями, я мог бы задуматься над тем, что кнопка Start должна или не должна и какого она цвета. Но пока мне ежедневно приходится выслушивать весь этот несусветный бред, о таких нюансах и речи быть не может. Семнадцать параграфов, ё-моё! Я пришёл показывать проект, а ты не способен обуздать свои шизоидные припадки?! Ты что куришь? Расписал по пунктам, циферки проставил! Дел важнее не нашлось?!
– Думаешь, я развлекаюсь? – Ариэль медленно поднялся и навис надо мной. – Уверяю, ты ошибаешься!
– Да пошёл ты… Сколько можно? – я махнул рукой и сел.
– Предупреждаю, я не намерен это терпеть. Если ты не отнесёшься к критике с должным вниманием и не примешь надлежащие меры, я буду вынужден…
– Ох, как ты задолбал…
– Учти, это последнее предупреждение.
– Вау… сколько пафоса, сколько драматизма! – я закинул руки за голову, ухмыляясь ему в лицо. – Браво! Брависсимо! Зрительницы падают в обморок от восторга и умиления. Не намерен он, видите ли, терпеть! Да не смеши меня, ты скорее руку себе отрежешь, чем меня уволишь.
– Илья, учти, я не шучу! – Арик грохнул по столу.
– Да, я вижу. Настоящая греческая трагедия. Гнев и ярость Минотавра. Ты ещё грохни кулаком, грохни, – я положил вытянутые ноги на соседний стул. – У тебя эф-фектно получается.
– Убирайся! – гаркнул он, приобретая совершенно неописуемый цвет лица.
– Э-э-э… а как же последнее предупреждение?
– Во-о-он!
– Как так? Увольнение отменяется?
– Во-о-о-он!!!
– А зрительницы? Что ж с ними?
– Катись вон отсюда! – проскрежетал Ариэль сквозь стиснутые зубы.

Побелевшие пальцы вцепились в крышку стола, послышался скрип прессованной стружки.

– Ладно-ладно, всё, ухожу. Чего ты разнервничался, ей-богу? – я резко встал и под испепеляющим взглядом Ариэля сунул под мышку тетрадь и лэптоп. – Блестящее совещание. Давно не получал такого удовольствия. Надо делать это почаще. – На прощание я помахал дымящемуся от ярости Минотавру. – Ах да, кстати, искренне благодарен за совет. Я хорошенечко подумаю, могу ли я, а главное – хочу ли я продолжать работать под твоим руководством.

В комнате было пусто. Я наткнулся взглядом на Personal Task Board, выдрал с мясом из гипсовой панели, разбил о колено и сунул обломки в урну.

* * * * *

назад | 139 / 193 | ГЛАВА 19

Роман «Челленджер» – Глава 18, ст. 7

Челленджер.

 Глава 18

123456 7 8

– Так вот, я запаковал коробки как надо. Я умею делать вещи руками и если за что-то берусь, то не успокоюсь, пока не получится не просто сносно, а хорошо. И уж тем более, когда пакую аппаратуру, на которой сам работаю и от которой зависит мой алгоритм, ради которого я тоже не сплю ночами.
– Какая разница?! Может, и не ты… Дело ведь не в самих коробках, а в безалаберном… Хотя, кто ж их так запаковал?
– Я! Это я их паковал! Ты видел, как я это делаю, и никто другой к ним не притрагивался.
– Тогда, как же так?
– Хватит о коробках. – Больше не делая вид, что вникаю, я вернулся к прерванным экзерсисам и пририсовал этому уроду роскошные бычьи рога.

Несмотря на многозначительные паузы и испытующие взгляды, вплоть до заключительного – семнадцатого – параграфа, я не проронил ни слова, мстительно прорабатывая детали: вздыбившиеся пучки шерсти, жирные тени набухших желваков и, напоследок, увесистое кольцо в перегородке между ноздрями, выполненное с особой тщательностью.

– Сейчас мы перейдём к результатам, – подытожил Ариэль севшим голосом, – а потом тебе следует отправиться домой и основательно подумать.

Портрет Минотавра был окончен, я отложил тетрадь.

– Настоятельно рекомендую поразмыслить о том, как ты собираешься работать в нашей фирме, хочешь ли ты и способен ли ты работать в нашей фирме. И если ты действительно всего этого хочешь, ты придёшь завтра не как обычно, – можешь прийти позже… – Ариэль сделал широкий жест. – Выспись, отдохни и составь план того, как намерен исправляться, и мы всё должным образом обмозгуем.

Я напрягся. Эдакой постановки вопроса я никак не ожидал.

– Мне самому неприятно, но ситуация зашла слишком далеко. Ты должен уразуметь: всё предельно серьёзно. Речь о том, продолжишь ли ты работать под моим руководством.

Да уж, зашла ситуация… воистину, жизнь полна неожиданностей. Особенно моя. Однако как это «продолжишь ли»? Неужто он действительно решится? Хотя, стоп-стоп-стоп. А как же проект? Над моим алгоритмом ещё пахать и пахать. А конференция? А сроки? А обязательства перед инвесторами? Что-то он тут передёргивает. Или просто пытается взять меня на понт… Не лучший способ мотивировать подчинённых, а ежели у тех хватит ума понять, что за угрозами ничего не стоит, и подавно.

Или Арик начинает слетать с катушек? Угрожать увольнением по поводу какой-то муры… Неужели и впрямь готов собственноручно пустить всё под откос? Шантажист хренов. Впрочем, времени на раздумья не оставалось: выложив последний козырь, Ариэль пристально разглядывал меня, ожидая реакции.

– Семнадцать параграфов. Я понял… кхм… уразумел. Даже записал, – проговорил я, стараясь придать голосу нейтральный оттенок. – Непременно последую твоему совету, отдохну и поразмыслю.
– Замечательно! – Ариэль энергично потёр ладони, лицо переменилось, и проступило простодушное нетерпение, будто сейчас состоится раздача рождественских подарков. – Давай сделаем десятиминутный перерыв, и покажешь алгоритм. Скажи только, есть что-нибудь новенькое? Как результаты?

* * *

назад | 138 / 193 | вперёд

Роман «Челленджер» – Глава 18, ст. 6

Челленджер.

 Глава 18

12345 6 78

Пока он тарахтел, словно кукурузник, набирающий высоту, на бумагу ложились контуры несколько несимметричного черепа с массивным изгибом нижней челюсти, широким лбом, оттенённым глубокими мысами проплешин, и тяжёлые надбровные дуги, какими мог похвастаться не каждый питекантроп.

– Десять, – неистовствовал Ариэль. – Пункт десять.

Я разделался с крупным носом и вздувшимися от натуги ноздрями. Закончив, Ариэль перебрал бумажки и отложил часть в сторону. Несвойственная обстоятельность и неторопливость наводили на мысль, что, вопреки внешнему недовольству, он втайне наслаждается этой процедурой.

– Где мы были? – спросил он осипшим голосом.
– Одиннадцать, – подсказал я, не отрываясь от тетради. – Параграф одиннадцать.
– Верно! – Ариэль любовно разровнял страницы. – Одиннадцать – дресс-код.

Я в недоумении обозрел начальничка и даже заглянул под стол, где красовались волосатые ноги в шортах и сандалиях. Но, видимо, что позволено Юпитеру, не позволено быку. Я хмыкнул и окинул взглядом результаты своих художеств. Отметив, что надо ещё вернуться к скулам и жёсткому излому губ, очертил плечи, шею с бычьими венами и буйную растительность, выбивавшуюся из-под ворота.

– Пункт двенадцать – пренебрежительное отношение к методикам организации.

Можно подумать, кто-то, кроме Джошуа и Тамагочи, относится к ним иначе. Но почему-то мой, именно мой Personal Task Board просто позорище, – негодовал Ариэль, – неужто даже в таком нехитром деле я не могу придерживаться установленных правил?!

Пока он разорялся на эту животрепещущую тему, я наводил последний глянец, акцентируя детали резкими штрихами.

– Что там у нас… – пробормотал Ариэль, шебурша листами. – Тринадцать, так-так.

Нечто в его голосе заставило насторожиться.

– Пункт тринадцать – ты плохо запаковал коробки. Казалось бы, безделица, пустяк? Но нет! Коробки – не безделица! И отнюдь не пустяк! Коробки – это всё!

Он вскочил и растопырил пальцы, явно не зная, куда деть свои мощные верхние конечности. Мышцы предплечий дрожали от напряжения.

– Коробки! – восклицал он. – То, как ты обращаешься с коробками, отражает всё отношение к работе. Я пришёл, увидел их, и у меня… у меня… – Ариэль задыхался. – Ты вообще отдаёшь себе отчёт, – хрипел он, – что всё здесь создано моими руками?!

Я осмотрел обстановку в стиле класса эконом: шкаф из ДСП, стол, три стула.

– Я тебе доверял, а ты не можешь нормально выполнить простейшее задание?! Ты хоть понимаешь, какая на мне ответственность?! Сколько я в это вкладываю! За каждую вещь, которую ты видишь, я кровью харкал!
– Та-а-ак! – заорал я, тоже вскакивая. – Ариэль! – я грохнул тетрадью о стол. – Я запаковал коробки нормально!

Он отпрянул и злобно уставился на меня. Некоторое время мы молча мерились взглядами, пока его глаза несколько не прояснились. Он потёр воспалённые веки и осел в кресло.

назад | 137 / 193 | вперёд

Роман «Челленджер» – Глава 18, ст. 5

Челленджер.

 Глава 18

1234 5 678

Пункт оказался запутанным и, заплутав в метафорах и аллегориях, Ариэль отчаянно бился с ними минут пятнадцать.

– Ты всё понял? – он подозрительно уставился на меня.
– Ага, предлагаю двигаться дальше. У нас ещё немало… – я покосился на стопку, – кхм… дел впереди.

Я написал новую цифру и нарочито нахмурил брови.

– Ты не отвечаешь на телефон! – Арик стиснул кулаки, но, не найдя им приложения, хлопнул по столу ладонью.
– Так ты звонишь мне по сто раз на дню! – возмутился я.
– Я твой начальник, и ты обязан мне отвечать. Должна быть постоянная линия связи. Прямая и открытая коммуникация…
– Куда прямее? Я же сижу за стенкой от тебя, мы и так…
– Неважно, – отрезал Ариэль. – Подумать только! Я звоню, а ты…
– Я понял.
– Нет, ты не понял.

Пока он распинался, я набросал дисковый телефон с ушастой трубкой, рядом крестик умножения и число сто. Когда он выдохся, я сидел, уткнувшись в тетрадь, и вяло симулировал осознание собственной вины. Арик выдержал назидательную паузу, потом вздохнул, выровнял стопку и взялся за новый запил.

– Халатное отношение к составлению графиков работы.
– Просто возмутительно! Я знаю, как это для тебя важно.
– Вот именно!

Нажевавшись моими ушами под соусом первостепенной значимости составления рабочих планов, Ариэль отложил очередной лист.

– Пункт восьмой, – с сытым довольством протянул он. – Твои профессиональные качества не соответствуют занимаемой должности. Ты не способен…
– Всё, Ариэль, всё, – я захлопнул тетрадь. – Возможно, наши взгляды во многом не совпадают. Я могу терпеть претензии на тему времени прибытия, смириться с тем, что мои методы отличны от твоих и потому являются ущербными. Я готов выслушивать практически любые придирки – что я не выполняю обязательства, что я не Платон или, наоборот, упрёки, адресованные Платону. Но я не допущу отрицания моих профессиональных качеств!

Арик, привыкший к тому, что я давно прекратил спорить с ним во время подобных экзекуций, на миг растерялся.

– Во-первых, – продолжил я, – ты прекрасно знаешь, что это не так. Во-вторых, ты в три раза укоротил сроки, но, тем не менее, я закончил вовремя. И, в-третьих, ты провёл несколько собеседований и определил меня на эту должность. Мы работаем бок о бок, и тебе доподлинно известно, что я отлично разбираюсь в том, чем мы занимаемся.

Арик долго гипнотизировал меня удавьим взглядом.

– Давай не отвлекаться, – я кивнул на кипу листов.

Похрустев страницей с восьмым пунктом, он отложил её и вчитался в следующий параграф, а я с карикатурным злорадством взялся вырисовывать его портрет.

– Девять, – объявил Ариэль.

назад | 136 / 193 | вперёд

Роман «Челленджер» – Глава 18, ст. 4

Челленджер.

 Глава 18

123 4 5678

– Взяв обязательства касательно работы, её содержания, объёма, сроков или того же времени прибытия, ты должен неукоснительно их исполнять!

Ариэль сделал паузу. Возражений не последовало, и он продолжил:

– Когда сотрудник не способен исполнять обязательства в полной мере и в оговорённые сроки, происходит сбой здорового рабочего процесса! А здоровый процесс…

Ариэль смотрел уже не на меня, а куда-то мимо – в мир заветной мечты, где, осенённые благодатью здорового рабочего процесса, дисциплинированные, пунктуальные служащие, сущие агнцы златорунные, беспрекословно исполняют обязательства и с трепетом прислушиваются к начальству, предугадывая все его прихоти.

– О’кей, – сказал я, когда он утихомирился. – Я учту.

Ариэль прочёл следующий параграф, приподнял верхний лист и, словно сличая, внимательно посмотрел на меня, а затем снова на лист.

– Пункт три, – с олимпийским спокойствием начал он. – Твои представления о том, в чём заключаются твои обязанности, не соответствуют моим. Мы никак не можем определиться в базисных понятиях.

Я обречённо вздохнул. Неужто снова два аспекта «мы договорились»? Хотя нет, с «обоюдным согласием» мы вроде уже давно разобрались. Значит, подразумевается второй аспект, относящийся к погрешностям человеческой памяти и буйной фантазии моего начальника.

– Ты не принимаешь мою позицию, да что там мою, – единственно верную! Мы дожили до того, что приходится прибегать к помощи Аристотеля! Но даже он не помогает!

Я уже давно отчаялся решить эту проблему, так как Ариэль отказывался фиксировать договорённости в письменной форме, почти всегда приплетал что-то к изначальному соглашению и в итоге так или иначе оставался мной недоволен.

– Нынешнее положение неприемлемо! Необходимо немедленно принять самые категоричные меры!
– Ты прав, самое время, – я подобрался, готовясь к серьёзному разговору.
– Покончить с этим раз и навсегда! – он потряс указательным пальцем.
– Давай, я готов.
– Превосходно. Но сначала разберёмся с остальными пунктами. Не менее важными.

Я закашлялся, скрывая нервный смешок.

– Пункт четвёртый, – торжественно провозгласил он.

Я вывел номер, прислушался, записал название и углубился в украшение надписи зубчатым орнаментом. Арик говорил упоённо, с красноречием, достойным лучшего применения, снабжая обличительную речь выразительными образами и напыщенными сравнениями. Когда он истощился, я склонил голову, демонстрируя согласие.

– Пункт пять.
– Да, я записываю.
– Пятый пункт, – повторил он.

назад | 135 / 193 | вперёд

Роман «Челленджер» – Глава 8, ст. 3

Челленджер.

 Глава 8

12 3 456

Текли однообразные дни. Я вымучивал речевые конструкции и ворочал бессмысленные нагромождения слов, потом шёл к Ариэлю, и мы вместе оттачивали формулировки. То в минуты просветления наши разговоры взмывали до головокружительных высот абстракции, и мы могли часами обсуждать тончайшие семантические оттенки отдельных выражений или идиом. То наоборот, вгрызаясь в какую-нибудь безобидную вводную фразу в стиле «Ввиду того что основной целью данного эксперимента является…», Ариэль хватался за голову и взвывал: «Что это?! Как ты мог?! Иногда мне кажется, что ты абсолютно не понимаешь, чем мы тут занимаемся».

На этом встречу можно было считать сорванной. Часами мы блуждали вокруг да около и не продвигались дальше первого абзаца. В итоге оказывалось – я написал, что основные цели эксперимента такие-то, а второстепенные сякие-то, но Ариэль кардинально не согласен с тем, что у эксперимента могут быть второстепенные цели. «Цели, если они настоящие, все одинаково важны, – изнурённо втолковывал он, – либо они вовсе не цели. В нашей работе нет мелочей, всё должно делаться безупречно! На сто, на двести процентов!»

Потом приходила Кимберли и начинала свои финты и ужимки. Я больше не психовал. Но и не проявлял энтузиазма, что её нисколько не смущало. Темы, с которыми она подкатывала, не отличались разнообразием, а намёки на то, что неплохо бы оставить меня в покое, Кимберли пропускала мимо ушей.

* * *

В среду я бился над протоколом связи между допотопной acquisition-платой и генератором-приёмником. Диалог не клеился. Сначала вовсе ничего не ладилось, а когда заработала электронная плата, выяснилось, что нарушена синхронизация с ресивером, и стало совершенно неясно, каким чудом до сих пор удавалось получать внятный сигнал.

Пришлось снова лезть в настройки. Затем искать в Сети дополнительные инструкции к злополучной плате. Разобравшись и с тем и с другим, я не поленился написать функции визуализации. Скроил всё воедино, запустил – на экране выстроились безукоризненно оформленные графики.

Я залюбовался. Ровные ряды диаграмм представляли результаты во всех возможных ракурсах. Одна беда – вместо ожидаемого сигнала на них отображалось скопище хаотично изломанных линий. М-да… я нервно сжал переносицу и некоторое время пялился на забранные в аккуратные рамки каракули.

Вздохнув, снова полез в инструкцию и вскоре обнаружил, что acquisition-плата аккумулирует данные в шестнадцатеричной системе. Принявшись переводить их в десятеричную, обратил внимание на время и сразу понял, что влип. До последнего рейса оставалось меньше получаса.

Я сгрёб в охапку вещи, запер офис и, выбежав на улицу, почти налетел на задумчиво ползущее такси. За пять минут до отлёта ворвался в аэропорт, вихрем пронёсся по терминалу и еле успел притормозить, чтобы не врезаться в стойку регистрации.

– Погодите! – с ходу выпалил я. – Там мой самолёт.

Двое охранников отделились от входа в телескопический трап и грузно придвинулись.

назад | 52 / 193 | вперёд

Роман «Челленджер» – Глава 7, ст. 7

Челленджер.

 Глава 7

 7 891011

– Ир, но ведь ты знаешь, что я и на этом фронте стараюсь, – не в силах остановиться, предпринимаю ещё попытку. – Если я что-то делаю не так – дай знать. Говори со мной, скажи что-нибудь, не молчи.
– Это не фронт, – роняет она.
– Ира! – поймав себя на том, что уже кричу, резко понижаю тон. – Ир, я забочусь не только о тебе, но и об Алексе. Разве ты не замечаешь? Ты знаешь, ты не можешь не видеть, как мне это важно. Действительно важно. Ты делишься переживаниями, рассказываешь о его проблемах. Я переживаю вместе с тобой. Стараюсь помогать, участвовать. Последнее время ты сама обращаешься за советами и нередко их принимаешь. Так в чём же дело? Объясни, пожалуйста!

По её лицу пробегает тень неясного мне, затаённого страдания.

– Я не хотела об этом, но ты давишь и настаиваешь… – произносит она совсем тихо. – Вспомни хотя бы, что ты устроил на прошлой неделе. На глазах у моего сына чуть не сорвался с пятого этажа. Рисковал собой, рисковал им… Ради чего? Погеройствовать приспичило?
– Ира!
– Нет уж, дай мне закончить. Пойми: я и мой сын, в отличие от тебя, не живём в приключенческом фильме. Ты хоть отдаёшь себе отчёт в своих действиях? Втянул ребёнка в свою погоню за адреналиновым кайфом. Мало того, ещё и соседей приплёл. Нам тут жить, а твои неадекватные поступки…
– Какие, блин, соседи? – я выматерился. – Твой сын был заперт в квартире один! Я! Хотел! Его! Спасти!
– Да, Алекс был заперт – это плохо. И ты помог. Спасибо. Но «спасти»?! Ему не угрожала опасность, и я всё время говорила с ним по телефону. Мы не на войне. Не в триллере. И нечего корчить из себя последнего героя боевика. Подумай хорошенько, кому это надо? Мне или тебе? Что было бы со мной, если бы ты упал? И главное, раз ты так заботишься о моём сыне… что было бы с ним, если бы ты оступился и разбился, а он стоял в окне и смотрел бы на это!
– Ир, ты чего?! Не надо утрировать. Это не штурм Эвереста – просто перешагнул из одного окна в другое. Зачем ты так?
– Ты превратил бытовую неурядицу в чёрт знает что. Я не могу запретить взрослому человеку рисковать собой, но учти, я не позволю подвергать опасности моего ребёнка.

Повисает гнетущая пауза.

– Илья, мы всё не раз обсудили. У тебя новая работа, – продолжила Ира усталым голосом, – ты полон энтузиазма, ты говоришь прекрасные слова, и очень хочется верить… Но я так не могу, мне нужно время. На мне большая ответственность…
– Ир, время играет против нас. Мы ждём наших встреч неделями, видимся урывками, в часы, когда я, ошалевший, приезжаю из аэропорта, а ты уже ни то что не в состоянии чему-либо радоваться, тебе с трудом удаётся не заснуть. В итоге у обоих накапливается ощущение безысходности и разочарования. Разве ты не видишь, к чему всё идёт?

Ира молчит, и я знаю, на сей раз это окончательно. Я приближаюсь к точке кипения и заблаговременно ретируюсь на балкон. Достаю сигареты. Жадно затягиваюсь. Докурив, зажигаю от окурка вторую, и внутри ещё тлеет надежда, что она придёт и скажет что-нибудь примирительное. Но этого не происходит. Я пробую успокоиться. Дышу носом. Грёбаный anger management не помогает. Невидящим взглядом озираю окрестности. Обида накатывает волнами, но вот, наконец, удаётся прийти в себя. Отщёлкиваю недокуренную, третью по счёту, сигарету и быстро возвращаюсь в комнату.

назад | 45 / 193 | вперёд

Роман «Челленджер» – Глава 7, ст. 1

Челленджер.

 Глава 7

1 23456

Женщины от безысходности и трагизма заламывают руки, закладывают за воротник и рвут в клочки последнее бикини.

Владимир Свержин

Отоспавшись, я выбрался в гостиную, включил компьютер и потянулся за сигаретами. Замерцали мониторы, и электронная почта услужливо сообщила о новом письме. «Доброе утро, Ариэль!» – ухмыльнулся я, машинально отмечая, что мейл получен в 10:01 и, вероятно, отнюдь не случайно. Подобрал босые ноги с прохладного пола, принялся читать:

from:  ariel.drillig@biospectrum.com
to:  ilya.dikovsky@gmail.com
date:  22.05.2015
subject:  Workplan

Доброе утро, Илья!

Хочу обозначить твою основную цель…

Забавное начало. Действительно, пора определиться в этом животрепещущем вопросе. Я отыскал зажигалку среди хлама, скопившегося за последнюю неделю и придавшего моему жилищу более привычный вид, закурил и продолжил:

…цель – детекция поверхности сосуда.

А именно: по истечении семи месяцев, ты продемонстрируешь детекцию стенок кровеносных сосудов с помощью собственной программы, используя…

Бла-бла-бла… я потёр воспалённые веки, так… О! Вот:

Разработка первичного варианта заняла почти год, но у Тима не имелось соответствующего опыта. У тебя он есть, и потому это не должно составить труда. Но, делая скидку на то, что сегодня требуется реализовать широкий спектр дополнительных возможностей, я выделяю предостаточный период времени. Итак, в вышеуказанные сроки необходимо переделать существующее, а также разработать компоненты для новой функциональности, оговорённой в четверг. В понедельник к полудню хочу видеть на своём столе подробный план проекта, ориентированный на то, чтобы сделать возможным достижение этой цели!

Прилагаю workplan Тима. Он его осуществил.

Последняя фраза казалась довольно странной, но, открывая документ, я начал догадываться, что имелось в виду. Текстовый редактор подвисал, и я с недоумением следил, как в углу бежали цифры. Наконец файл полностью открылся и высветилась надпись «страница 1 из 76». Забыв о тлеющей сигарете, я ошарашенно листал это монументальное творение. Ничего подобного мне видеть ещё не доводилось. Придя в себя, сдул упавший пепел и вернулся к письму:

Уточнение: ты не обязан составлять точно такой же документ, но план должен быть доскональным.

В течение первой недели можешь консультироваться с Тимом и, в случае надобности, также можешь…

Следующие пять абзацев посвящались тому, что можно и что неможно. В общей сложности текст занимал три экрана. Заканчивалось послание так:

Дополнительные соображения относительно графика, сроков либо этапов проекта представишь в ближайший понедельник.

Хороших выходных, Ариэль!

назад | 39 / 193 | вперёд