Роман «Челленджер» – Ян Росс. Современная литература. Айтишники, Хайтек, Стартапы, Силиконовая долина.

Ян Росс

писатель романов руками

Tag: скорбь

Роман «Челленджер» – Глава 22, ст. 8

Челленджер.

 Глава 22

1234567 8 910

– Мне никогда не импонировала эта фотография, – невпопад отчебучивает Джейн, с отсутствующим видом глядя на постер абстрактного содержания.

Все с минуту изучают уже не раз виденную над изголовьем кровати репродукцию из нью-йоркского музея современного искусства.

– Вот, девочки, полюбуйтесь на своего рыцаря. Это и есть то счастье, по которому вы сохнете? – участливо вопрошает Майя и продолжает, обернувшись ко мне: – Что ж, прелюдия затянулась. Одевайся, герой-любовник, оргии не предвидится. Может, предложишь чаю? Мы всё-таки к тебе в гости пришли.
– Давайте я сделаю, – неожиданно вызвалась Келли. – Кто ещё будет?
– Не откажусь, – тут же соглашается Майя. – Посидим, чайку попьём, заодно во всём разберёмся.
– А ты, Джейн?

Высказавшись на тему авангардного искусства, Джейн отошла к окну и смотрит вдаль, будто ничего не слыша.

– Я бы тоже от кофе не отказался, – осторожно роняю я.

Келли выходит, не удостаивая меня ответом. Помедлив, Джейн следует за ней.

– Крепись, Челленджер, – многообещающе подмигивает Майя, окончательно входя в образ Фурии, – до рассвета ещё далеко.

Я наспех одеваюсь и спешу вниз. Келли уже орудует на кухне, а Джейн дефилирует вдоль полок с книгами, выставленными в гостиной, дабы продемонстрировать всем любопытствующим необъятную широту моего кругозора.

– Итак, вы зачем, собственно, пожаловали? – спускаясь по лестнице, я застёгиваю на ходу рубашку. – Я, конечно, счастлив видеть вас вместе, особенно в три часа ночи, но с какой радости мне такая честь?

Майя снисходительно усмехается моей попытке обрести контроль над ситуацией. Джейн наклоняется и, отодвинув увесистый том Шопенгауэра, извлекает потёртую книгу «Легенды и мифы Древней Греции».

Устроившись в кресле, она раскрывает наугад и принимается читать вслух: «Быстро схватил Персей голову Медузы и спрятал в чудесную сумку. Извиваясь в судорогах смерти, тело Медузы упало со скалы в море. От шума его падения проснулись сёстры Медузы – Стейно и Эвриала. Взмахнув могучими крыльями, они взвились над островом и горящими яростью глазами смотрят кругом. Горгоны с шумом носятся по воздуху, но бесследно исчез убийца»…

– Давайте только без Греции, – простонал я. – У меня и так постоянная Греция на работе.
– Обычная история, – встрепенулась Майя. – Все они, Персеи, одинаковые. Появляются из ниоткуда, достанут даже на острове, не успеешь оглянуться, как ты уже без башки и ничего не видишь вокруг. А они, словно так и надо, ещё и тащат куда-то.
– Пока другую не встретят, – поддерживает Келли.
– А наш тащит, даже если встретит. Как вам втроём в одной чудесной сумке? – всё больше воодушевляется Фурия. – А знаете, как он это называет?
– Майя, не надо, – спешу вклиниться я.
– Троебабие, – припечатывает Майя.
– Что?! – раздаётся из кухни.
– Модель тро-е-ба-би-я, – нараспев повторяет Фурия.
– Сво-о-олочь!

Я оглядываюсь на Келли, и очень кстати: мне с трудом удаётся увернуться от летящего стакана. Споткнувшись, чуть не падаю и еле успеваю отпрянуть от нового метательного снаряда, вдребезги разбивающегося о стену рядом с моей головой.

назад | 179 / 193 | вперёд

Роман «Челленджер» – Глава 13, ст. 5

Челленджер.

 Глава 13

1234 5 67

В сущности, так и должно быть. Она, как всегда, права. Мы прекратили совпадать во времени. Банально и глупо, но насущно и неотвратимо, как десять ноль-пять. Ковчег нашей любви разбился о первые рифы быта. И, возможно, оно к лучшему. Скорее всего, за ними не ждало счастливое будущее. И она, как человек более практичный, вероятно, поняла это давно, если не с самого начала, и приняла мудрое решение. Чтобы не привязываться, не пестовать несбыточные мечты и не усугублять боль.

Я перебираю яркие мгновения: радости и обиды, смешные и печальные картинки наших отношений. Листаю альбом воспоминаний. Каждое осторожно вынимаю, рассматриваю и, укутав грустью и тоской, аккуратно возвращаю на место.

Вспоминаются вещи, которым не придавал значения. Каким счастьем было вызвать её улыбку и как становилось тепло на душе от её смеха. И совершенно незначительный момент: мы были у меня, она вышла во двор и, вернувшись, взглянула вдумчиво и пронзительно. В её глазах было нечто, чего я тогда не понял. И именно сейчас это всплывает, резонируя и бередя душу.

А расставаясь до следующей встречи, она всегда уходила быстро, без прощаний. Но прежде была секунда, когда она останавливалась и тихо смотрела на меня, как бы вбирая, чтобы взять с собой. От накала, звеневшего в этом кратком миге, всякий раз перехватывало дыхание.

Но образов мало. Внутри столько боли, что не терпится её умножить. Мне не хватает боли! Хочется, чтоб она захлестнула меня. Хочу захлебнуться ею! Но я ещё барахтаюсь. Мне нужно потрогать. Ощутить что-то принадлежавшее ей своими пальцами. Почувствовать кожей. Обжечься. И я вновь принимаюсь искать её вещи. Переворачиваю весь дом, чтобы найти хоть что-то. Я готов на что угодно – на закладку в книжке, затерявшуюся заколку, на гущу в кофейной чашке. Но нет. Не забыто ни соринки, ни волоса. Она не допускает ошибок. Она забрала всё. Ушла целиком. Без остатка. Не сохранилось ничего. Даже запаха на подушке.

* * *

Извините, больше не предлагаю – пью один!.. Сейчас, переведу дыхание…

* * *

Встречаясь с женщиной, у которой есть ребёнок, максимум, на что можно рассчитывать, – это третье место в списке её приоритетов. Третье! На первом, естественно, сын. Тут не поспоришь. На втором – работа. Так как работа – способ добычи средств для того же ребёнка. Она не может выпендриваться. Ходить, либо не ходить. По настроению ударяться в загулы или любовные угары, терять голову и заявляться на службу в виде одолжения. Ей не позволяет ни материнский долг, ни социальное положение. И так, в лучшем случае, остаётся номер три.

Ваш номер три, скажите «спасибо» и улыбайтесь!

Номер два можно просто купить, взяв на себя финансовые заботы. Но для такого шага было несколько рановато. Конечно, со временем я бы принял на себя эти обязанности, но столь меркантильный способ приобретения активов в сердце любимой женщины плохо уживался с моим идеализмом. И хотя я понимал, что обстоятельства диктуются насущными бытовыми условиями, привкус всё равно оставался. Мне, как человеку, культивировавшему здоровый эгоизм, было сложно смириться с номером три и, если уж совсем честно, с два тоже.

назад | 85 / 193 | вперёд